Складывающаяся картина

[chispa1707]

Под катом длинный текст с моим понимание реальной истории 18-19 веков.
Компьютерные методы пока не срабатывают, поэтому массивы со сдвигами перерабатываю вручную
Ага, кое-что удалось. Показываю. Это распределение всех сдвиговых дат для 58 индексов, и это распределение отвечает той реальности, что сложилась у меня в голове. Очень добрый знак.
.

.
Думаю, можно запрашивать донатов. С мертвой точки я определенно стронулся.

***

Pay Pal: a.g.stepanenko@gmail.com

Яндекс-деньги: https://money.yandex.ru/to/410013759108070

Карта Сбербанка: 5469 3020 0213 2036

Крипта: TENQoZjyxsQds1zSjgGxVw5dKG2opZXTpe
***

Вкратце перескажу то основное, что уже очевидно. Пойду по этапам.

Эпоха до Екатерины II

Бояре к этому времени уже власти не имеют, а сословие дворян почти целиком подчинено правящему двору. Крепость (а это юридическая часть сделки с залогом имения) локальна и срочна, возможно, даже на 3-4 года. Да, крепость есть повсеместно, но это не есть нечто всеобщее. При этом подлинным залогом является не имение, а право им управлять, вот банки при Екатерине и пытались тупо воспроизвести схему и брали имения безнадежных должников во внешнее управление. Не вышло, - не в свое дело вписались.

***

Империи сильно фрагментированы, государства нет, налогов нет, бюджета нет; есть, как в СРИГН, сборные армии и договорные поступления от местных субъектов власти, и здесь императоры – выборные люди, делающие то, что в общих интересах сильных семей. Царь может быть (и, скорее всего, является) пешкой, но те, кто его поставил, - совсем иной сорт.

***

Церковь занимает особые позиции. Монастыри – почти единственные поставщики продуктов переработки с села (мука, соления, копчености) и наверняка оптовые скупщики для крестьян. В это время у Церкви есть уже буквально всё, развиваться, кроме как в чистые финансы, просто некуда.

***

Денег в нашем понимании термина нет. Внизу есть токены, в частности, в виде дощечек с зарубками (хранились в Лондонском архиве до пожара (по памяти) 1844 года). Наверху массово ходят сверхкрупные облигации правящих семей; ими производят взаимозачеты. Посредине общества, между токенами и облигациями, ходят векселя, гарантируемые честью – больше ничем. Утратить честь боятся; если слова не сдержал, вылетишь отовсюду, и ни назад в благородное общество не допустят, ни даже руки не подадут. Процента по ссудам тоже нет, есть десятина (по некоторым оценкам равная одной восьмой части). Платит должник, и он в этой ситуации вассально подчинен кредитору. Долг можно передать третьему лицу вместе с вассально подчиненным должником (коммендация), и вместе с его обязанностью 40 дней в году лично услаждать своего сеньора в статусе постельничего или шута, например. Ротации нижестоящих кадров идут постоянно; это и есть работорговля, вот только продают не человека, а его долг и его вассальные обязанности. Социальные низы в этом почти не задействованы.

***

На этот благополучный мир и обрушилась катастрофа условного 1755 года (т. н. Лиссабонское землетрясение). Флоты тонули массово, сделки срывались, наступил «год без лета», и возникла реальная угроза обвала всей пирамиды платежей. Церкви отреагировали адекватно: надавали векселей, набрали «ипотечных», то есть, под залог своих деревень, кредитов у власти (в Мексике это описано прямо), вывели все активы (думаю, в Лондон и Амстердам) и отказались платить по обязательствам.

***

Синхронно с этим полыхнули мятежи: Пугачев, Боливар, США, индейцы Парагвая. За всеми мятежами видны чужие деньги и чужой интерес: в Латинской Америке это кока, канабис, спиртное и сахар; на Урале это (интересовавший французов) цветмет; в Поволжье – месторождения соли. При этом, со многими договорились: так Латинская Америка начала брать кредиты в Англии (и свобода состоялась), да и в США деньги зашли за год до декларации независимости, причем, из той самой Англии, против который был развязан бунт.

***

Здесь же пошли переговоры по разделу Польши и передаче Луизианы, а если вспомнить Венский конгресс (он со сдвигами находится здесь же), то и всей Европы в целом. Здесь же решалась и судьба тесно связанного с Польшей Кавказа.

***

Кстати, покажу важную цитату и прокомментирую: «В 1852 г. для упорядочения прав польских шляхтичей на дворянство Российской империи было определено «качество и значение чинов бывшего Королевства Польского и Великого Княжества Литовского». Юридически были определены те чины, которые давали потомкам их носителей права на дворянство».

Комментарий: 1852 год в моей реконструкции равен 1775 и 1793 годам, и это первый и второй разделы Польши, и крайне весело, что вопрос о правах шляхты поднят спустя 59 и 77 лет (это идеальные сдвиги) после раздела, а не сразу.

***

Дворян бывшей Речи Посполитой начали кредитовать почти сразу, и почти синхронно с люстрацией, по итогам которой определялось подлежащее конфискации и продаже с торгов.

***

Почти сразу же в распоряжении империй оказалась огромная масса церковных крестьян, и это и русские, и европейцы, и украинцы, и индейцы. Всех сделали государственными крестьянами и сразу же дали свободу (даже индейцам) – не бесплатно, а за аналог выкупа. Напомню, что по оценкам Лозинского как раз перед этим РКЦ и РПЦ владели третью всего имущества, людей и земель.

***

Это единственная в истории эпоха, в которой могло образоваться такое количество лично свободных государственных крестьян, а в Амстердаме и Лондоне могли появиться активы, достаточные для кредитования целых империй. Другой такой эпохи нет.

***

Катастрофы продолжались; здесь и сбой сезонов и сбой календаря и последовавший вскоре резкий подъем Черного моря у берегов Румынии на 4 метра. В такой ситуации проценты по кредитам нарастали быстрее, чем выручка от продаж, помещики оказались в долговой яме всерьез, и было принято кардинальное решение о выкупе. Эта идея в своей основе ростовщическая. Трудно управлять попавшими к тебе в руки из-за неурожаев несколькими имениями в разных местах; проще передать их долги желающим за долю в их прибыли, а проще говоря, за процент. Особенность в том, что продали фантастически многих, как минимум, треть всего населения, причем, по сути, продали самому этому населению.

***

Должен сказать, это была подлинная революция; следовало изменить базовые правовые нормы, и наверху пирамиды должен был появиться совершенно новые финансовый институт:

а) не нуждающийся в личных неимущественных услугах должника типа 40 дней в году вытирать сеньору попу и застилать ему постель;

б) достаточно мощный, чтобы выкупить у кредиторов старого типа всех их должников благородного происхождения и обеспечить им всем равные права;

в) обладающий законодательной властью, чтобы на все время выкупа прикрепить к должнику всех управляемых им крестьян.

При этом для обеспечения равных прав требовалась унификация языка, мер, весов и самого законодательства, что есть основной признак централизованного государства. Здесь можно утверждать, что Государство Российское создано Екатериной в то время, когда она даровала городам и дворянам вольности и закрепощала крестьян – не ранее.

***

Самое важное на этом этапе: кому, собственно, монархи вручили свободу – тем, кто в глазах закона, построенного на обычаях, считался ответственным за сделки лицом: это мужчины благородного происхождения, то есть, мужчины, старшие в роду, даже если род это два десятка совершенно нищих крестьянских землянок. Таких помещиков на Руси было абсолютное большинство, статистика есть. Второй важный момент: родство вот только что считалось по женщине, и именно в это время, если смотреть на содержание грамот Екатерины II, Священные Писания были подправлены с патриархальных позиций. Это единственное место в истории, где такие правки остро востребованы. Однако чтобы заложить имение в банке, все еще требуется согласие жены помещика. Этот пункт обойти так и не удалось. Крестьяне в эту эпоху в глазах закона еще не лица; юридически они все под опекой главы рода, на равных с его женой и еще не получившими свою долю детьми. Это – общее место: крестьян и рабов везде называли «бой», «мальчик», их пороли, как пороли детей, хотя и без куска хлеба не оставляли.

***

Есть интересная деталь: в заметной части регионов Европы освобожденных в это время и выкупающихся крестьян в документах называют «фермеры», вот только фермеры в ту эпоху это помещики, лица. Отсюда и всеобщее мнение, что в Европе крестьян освободили чуть ли не за столетия до этого события в России. Видел интересный абзац из книги по истории – из тех, что издаются для узких специалистов: в Австрии были в ужасе от радикальности российской реформы 1861 года; там и смотреть в эту сторону боялись. Позже нашел подтверждение: последних рыцарей-ленников (еще не крестьян) на землях бывшей СРИГН (в Чехии и еще где-то) освободили в 1867 году

***

Вопрос, а когда дворяне выкупились, и настал черед запрягать в долговую кабалу крестьян. Вижу, что ошибался, трактуя сроки по 18-22 года, как сроки выкупа; это не то: кредит был приравнен 18-22 годовым доходам, и если помещик не ленится, выкуп движется быстрее.

***

Ключевая дата для определения усредненного периода конца помещичьего выкупа – 1872 год. Это был крупнейший (Венский) кризис, вызванный обвалом фондового рынка, конкретно земельного. Думаю, помещики Европы, в основном, выкупились и выставили свои поместья, уже свободные от ипотечного обременения на продажу – массово. Если, считать, что банки помогли купить эти земли крестьянам с помощью кредита и прибавить стандартный срок в 49 лет, то выходим на 1921 год. Приемлемо. В Англии копигольдеры завершили платежи в 1925 году, но, думаю, в среднем по Европе крестьяне стали хозяевами своей земли к 1917 году, - лишь в такой ситуации массовое бегство монархов (назначенных и утративших с завершением выкупа земель свои полномочия внешних управляющих) имеет четко очерченный смысл.

.

Comments

[chispa1707.livejournal.com]

Да, это было.